Обязателен ди жетон полицейского

Содержание
  1. Предъявите документы: что могут и что не могут делать полицейские
  2. Запись на стене
  3. «А вы кто?» — «А что, не видно?» Что за анонимы в форме проводят задержания на митингах | ОВД-Инфо
  4. «А вы кто?» — «А что, не видно?» Что за анонимы в форме проводят задержания на митингах
  5. В последнее время — особенно в последний год — участились случаи, когда на массовых мероприятиях граждан задерживает неизвестно кто — люди, которые носят вроде бы полицейскую форму, но не имеют или не показывают жетонов и отвечают отказом на просьбу представиться и предъявить документы. что происходит и как с этим быть, выясняла настик грызунова
  6. Как отличить настоящего инспектора ГИБДД от ненастоящего?
  7. Помедленнее, пожалуйста
  8. Предъявите документы
  9. На странице 1 (слева) удостоверения сотрудника МВД России должно быть:
  10. На странице 2 (справа) удостоверения сотрудника МВД России должно быть:
  11. Он не тот, кем кажется

Предъявите документы: что могут и что не могут делать полицейские

Обязателен ди жетон полицейского

«Гражданин, предъявите документы» — эту популярную в кинофильмах фразу нередко можно услышать и в реальной жизни.

На каких основаниях полицейские имеют право требовать паспорт? Нужно ли всегда иметь его при себе? На эти и другие вопросы «Безопасности» ответил профессор кафедры основ правоохранительной деятельности юридического факультета имени Сперанского РАНХиГС, кандидат юридических наук Александр Романов.

Может ли полицейский остановить прохожего для проверки документов?

Без основания полицейские не могут проверять документы прохожих. Весь вопрос в том, что является основанием.

Существует универсальное объяснение, условно: «…в связи с тем, что масса людей находится в розыске». Поэтому полицейские могут проверить документы у тех, кто подпадает под какие-то приметы.

Это, своего рода, универсальная отмычка, позволяющая проверить документы практически у любого человека.

«Полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляются следующие права: проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеются данные, дающие основания подозревать их в совершении преступления или полагать, что они находятся в розыске, либо если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, а равно если имеются основания для их задержания в случаях, предусмотренных федеральным законом» — статья 13 Федерального закона «О полиции».

Законно ли это?

По существу – это неправильно. Но формально все происходит именно так. Требования находящихся на службе сотрудников полиции обязательны для исполнения гражданами. Гражданин может оспорить законность требований, ограничение в свободе его перемещения и так далее. Вопрос законности и незаконности требований решается в административном порядке руководством сотрудников полиции либо в суде.

При этом, рассматривая такую жалобу будет приниматься во внимание, что полицейский в момент предъявления требований, находился при исполнении служебных обязанностей. Поэтому, Фемида, вероятнее всего, встанет на сторону правоохранителя.

Что должен назвать полицейский, когда останавливает гражданина?

Полицейский должен представиться, назвать должность и имя, а также объяснить суть своих требований. А вот их причину он называть не обязан. Также не обязательно предъявлять удостоверение. На форме правоохранителей есть нагрудные знаки – жетоны. На них указаны личный номер сотрудника с кодом региона и подразделение полиции. Эти жетоны позволяют идентифицировать сотрудников.

Кто имеет право проверять документы пешеходов?

В соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» No114-ФЗ задачей этого вида деятельности, в том числе, является «осуществление розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от уголовного наказания, а также розыска без вести пропавших».

При этом в статье 13 указано, что право заниматься розыском, а значит и проверять документы имеют органы: МВД, ФСБ, ФСО, Федеральная таможенная служба, Служба внешней разведки и ФСИН, а в ряде случаев и оперативное подразделение органа внешней разведки Минобороны.

То есть проверять документы пешеходов могут как сотрудники патрульно-постовой службы, так и участковые и «гаишники», поскольку пешеходы являются участниками дорожного движения.

Что будет если у прохожего отсутствует паспорт?

Гражданин не обязан постоянно носить при себе паспорт, если не находится в охранной зоне, на ограниченной или режимной территории.

Но при отсутствии удостоверяющего документа его доставят в отдел полиции для подтверждения его личности. Такая задержка не должна длиться дольше трех часов. После этого гражданина должны будут отпустить.

Однако, если имеется подозрение, что он совершил правонарушение, задержание могут продлить на срок до 48 часов.

Далее задержанного должны освободить либо, если подозрения подтвердились, то документы должны быть переданы в суд, который примет решение о продлении срока задержания или выберет гражданину меру пресечения в виде заключения под стражу.

«По истечении 48 часов с момента задержания подозреваемый подлежит освобождению, если в отношении его не была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу либо суд не продлил срок задержания», — статья 94 УПК РФ.

Источник: https://bezopasnost-tv.ru/12134

Полиция Наша полиция нас бережет Права человека Длиннопост

Примерно 2 года назад обратился ко мне за помощью человек. Беда у него (как мне тогда показалось) довольно простая – за 3 года до его обращения ко мне у него в другом регионе РФ был конфликт, конфликт был словесный, ну и немного потолкались, без физического насилия. После конфликта стороны разошлись и забыли.

Спустя 3 года другой участник этого конфликта неожиданно “вспоминает” о том, что его 3 года назад избили и обращается в свою местную полицию с заявлением о возбуждении уголовного дела по 115 УК РФ (причинение легкого вреда здоровью), предоставляя справку, датированную днем обращения, что 3 года назад ему действительно был причинен вред здоровью.

В 99,99% случаях полицейские бы просто посмеялись над заявителем и его справкой о произошедшем 3 года назад, но в этот раз меркурий зашел за линию козерога и один очень доблестный и очень умный дознаватель полиции решил (конечно же, с согласия не менее умного и доблестного прокурора) возбудить уголовное дело в отношении моего клиента.

Казалось бы, а что тут такого? Как возбудили, так и прекратят, если не докажут.

Но проблема в том, что и здесь доблестный дознаватель решил показать все, на что он способен – объявил моего подзащитного, который проживал в другом регионе, в федеральный розыск (по 115, ага, как особо опасного рецидивиста), после его нахождения и задержания его принудительно доставили в наручниках за 2,5 тысячи км к дознавателю, который задержал на 48 часов, а затем избрал меру пресечения в виде подписки о невыезде (пытались закрыть в СИЗО, но к огромному сожалению дознавателя оказалось, что по 115 в СИЗО не закрывают), ну и далее практически каждую неделю человека выдергивали в другой регион на следственные действия, пытаясь его заставить признать вину.

При этом, в самом возбуждении дела и была главная суть – в силу УК РФ вменяемое преступление относится к небольшой тяжести и по нему срок давности всего 2 года, по истечению срока давности запрещено возбуждать уголовные дела и их расследовать.

То есть, уголовное дело было возбуждено незаконно, так как уже истек срок давности, и, соответственно, все действия дознавателя были тоже незаконными, в связи с чем ко мне и обратился этот человек, чтобы я обжаловал и прекратил все это дерьмо.

А дальше начинается самое интересное – обжалую областному прокурору незаконное возбуждение дела. Отказ, пишет все законно.

Обжалую в районный суд. Отказ, все законно.

Обжалую в областной суд. Отказ, все законно.

Прошел уже год, сдвигов никаких. Я в полном ах*е – закон нарушен грубейшим образом, а всем пох*й.

При этом, сроки расследования уже истекли, прокурор сроки не продлевает, а дознаватель дело в суд направить не может (хотя мы предлагали этот вариант, клиент был уверен на оправдательный приговор), так как суд шлет дознавателя с этим делом в жопу и отказывается принимать дело к рассмотрению, ибо сроки давности уже истекли и дело не может быть рассмотрено судом.

То есть, дело тупо висит в воздухе, его и расследовать дальше нельзя и сделать с ним ничего нельзя. А клиент по прежнему под подпиской о невыезде и дознаватель говорит, что он вечно будет под подпиской, а если уедет в другой регион, то его найдут и в СИЗО отправят за побег.

Надеясь на последний шанс, обжалую в областной суд в кассацию. Опять отказ, все законно.

Более того, кассация пишет, что мой клиент имеет право признать вину и написать заявление о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности, соответственно дознаватель дело прекратит и всем станет хорошо. Но если мы так поступим, то будет прекращение дела по нереабилитирующим основаниям и человек будет вечно числиться в базе МВД как привлекавшийся к уголовной ответственности, нас это, естественно, не устраивает.

Тут я неожиданно узнаю, что аналогичная ситуация произошла также и с бывшей женой моего клиента, потому что “потерпевший” написал заявление на них двоих и дознаватель возбудил два уголовных дела, а мне об этом клиент не говорил, ибо жена бывшая.

Обжалую по жене в районный суд. Отказ, все законно.

Обжалую по жене в областной суд. Отказ, все законно.

Уже ни на что не надеясь, обжалую по жене в областной суд в кассацию и тут происходит чудо – судья кассации выносит разгромное постановление, в котором перечисляет туеву хучу нарушений закона со стороны дознания и нижестоящих судов и возвращает дело на новое рассмотрение в районный суд.

Теперь уже дознаватель с прокурором и судьей районного суда в полном ах*е и делают “ход конем” – не дожидаясь признания незаконным возбуждения дела со стороны суда, начальник местного следствия выносит постановление об отмене постановления дознавателя о возбуждении уголовного дела.

Такой, мини внутренний контроль, типа случайно узнал, погрозил дознавателю пальцем и отменил его постановление сам, без суда и прокурора. Ну и еще убил второго зайца одним выстрелом – лишил моего клиента права на реабилитацию, так как прекратил дело не по реабилитирующим основаниям, а в порядке ст. 39 УПК (полномочия начальника следствия).

Ну мы тоже не лыком шиты, мы пошли в суд не в уголовном, а в гражданском порядке взыскать с государства моральный вред, причиненный незаконным возбуждением дела, вне процедуры реабилитации.

Судились мы полгода, судья постоянно откладывал дело, все время привлекал к участию новых лиц – МВД, УМВД области, ОМВД района, дознавателя, прокурора области, прокурора района, а в итоге полностью отказал в удовлетворении иска, так как, по мнению судьи, мой клиент не доказал факт причинения ему морального вреда и факт нарушения закона со стороны МВД в целом и дознавателя в частности. А раз не доказал, значит хрена ему лысого, а не компенсацию.

Дальше, будучи абсолютно уверенным в своей правоте, я подал апелляцию в областной суд. И, конечно же, апелляция полностью отменила решение районного суда, признала причинение морального вреда моему клиенту и взыскала в его пользу компенсацию этого вреда.

Но вот когда огласили сумму компенсации, я почувствовал себя в чане с дерьмом.

10 тысяч рублей. Десять, сука, тысяч, мать их, рублей. За 13 месяцев нахождения под следствием, за нахождение в федеральном розыске, за задержание и доставление, за подписку о невыезде и постоянные “путешествия” к дознавателю в другой регион, за бессоные ночи и еще год жалоб во все инстанции.

Десяточку вам, господин хороший. Мы таки признаем вину полиции и судебный произвол, но, как говорится, отсутствие у вас судимости – это не ваша заслуга, а наша недоработка, поэтому вот вам десять косарей и ни в чем себе не отказывайте.

И примерно с такими вот лицами как на нижней картинке судьи с прокурором и представителем Минфина удалились из зала.

Я, конечно же, не рассчитывал на миллионы и даже на 500 тысяч не рассчитывал, хотя в такой ситуации и этих денег будет мало для восстановления справедливости, а уж если бы в такую ситуацию попал прокурор или кто-то из этих судей, то они бы добивались расстрела дознавателя и, как минимум, миллиарда рублей. Но я никак не ожидал, что наш самый гуманный суд в мире поступит издевательским образом и присудит аж целую десятку.

Спасибо, что хоть не 500 рублей присудили.

Мораль? Да ХЗ, что тут еще сказать. Не попадайтесь в жернова бездушной машины “правосудия” – проглотит и не заметит.

Показать полностью 3

Недавно рассказала одна знакомая,  бывшая учительница математики,  а сейчас просто бабушка. В саду в группе ее внука психолог провел беседу о правах ребенка, мол никто не может вас наказывать ни морально ни физически, и если что, звоните сразу в полицию.  

Не прошло и недели как очередное занятие математикой  с внуком  ( 7 лет , в сентябре идет в школу) закончилось подзатыльником. Внук обиделся , ушел в свою комнату и позвонил в 02. На сотовом стоит запись разговоров , поэтому  далее приблизительный диалог мальчика (М) и дежурного (Д):

М: здравствуйте. Я хочу заявить на свою бабушку. Она меня избивает и морально издевается надо мной.

Д:  а в чем эти действия выражаются?

М:  она морально меня обижает- заставляет меня учить математику и даже дала подзатыльник.

Д:  ну приходи завтра,  снимем побои,  отдадит тебя в детдом.

М: понял, а сейчас то что мне делать?

Д: * смех*. Учи математику!

Пацан обиделся и пошел к бабке жаловаться)

[моё] Бабушка Полиция Права человека Внуки Текст Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам:

Источник: https://pikabu.ru/story/predyavite_dokumentyi_chto_mogut_i_chto_ne_mogut_delat_politseyskie_5326460

Запись на стене

Обязателен ди жетон полицейского

Шах и мат проверяющим, в два хода

По линии ГАИ ссылаются на п. 33 приказа МВД 185

Конвой. И заставляют и проверяют…

В том году утерял нагрудный знак, когда тащил алкаша с проезжей части, слетел он с влагозащитной куртки. Дали мне за это неполное. Теперь его вообще не одеваю. Проверяющие сейчас к нам не ездят им бензин не выделяют) все таки есть плюсы от этого Олеся, а кроме судов в другие места конвой не конвоирует? А в так называемую “конвойку” они телепортом попадают? от машины пешее конвоирование. Восславим, написано, что при исполнении государственной функции сотрудники должны находится в форменном обмундировании, иметь служебное удостоверение и нагрудный знак. Восславим, я тебя услышала, спасибо Reebok, у нас пэпс тоже вязал алкаша, утратил в снегу, но рапорток написал, что и как и все, дали тока другой знак Было это 4-6 лет назад, гулял мой друг со знакомым, такой же пиздюк как и они были.Пришел я за ним в гости и услышал охуительную историю о том что у него полиция чуть телефон не забрала, он в парке гулял, подошли два перца и тупо стрельнули у него и у его друга телефон, я не знаю, может они на кражу их проверить хотели.Парень рассказал это матери. Как раз при мне, когда я в гости зашел, оказалось, перцы эти и подошли не по уставу и без жетонов были. Перепугали пиздюков.Мать этого парня грит: “совсем страх потеряли, ходят детей пугают и телефоны забрать пытаются”

Дама она была ого го. Набрала пару номеров своих знакомых, добралась до начальника какого-то, он сказал какие люди были в парке том и кто мог до детей докопаться, она обрисовала ситуацию, начальник дал пиздов этим ребятам, чтоб без жетонов не ходили и детей не пугали.

Низкий поклон тебе от ИВС. Скинули парням, завтра начальник будет в легком акуе. Сколько раз доказывали, что НЕЛЬЗЯ носить наградные знаки. Нет же, подметайте ломом.

один проверяющий сфоткал отсутствие значка на броне, года два назад. выписал какой то талон и сказал: “отдашь нач МОБа”. Пришёл в контору и говорю, тут какой то мудак, мне вот этот талон дал, за отсутствие знака на броне, что делать с этим? Нач МОБа смял его и выкинул в помойку.

Ксюша, пусть подписываются сюда)

Вообще проверяющий проверяющему рознь. Я когда служил в Главке, туда попал переводом с “земли”, старался писать реальные нарушения и то при которых виновно только руководство. Даже когда недостаточно проверяемые знали НПА РФ, все равно писал, что показали хорошие знания действующего законодательства.

Восславим, а если зайти с другой стороны. Сотрудники конвоя должны быть максимально обезличены: ни имен, ни фамилий, ни номеров с нагрудных знаков ( лично мое мнение ), так как общаются, зачастую, с людьми или нелюдями, жаждущими мести. По аналогии с ИВС, где каждый сотрудник имеет номер. Дежурный-первый, постовой-шестой и так далее… Сейчас даже у срочников в армии шеврон с фамилией на груди висит. Если проблема в анонимности, то это странно для полиции. Спецподразделения в иных странах имеют обозначения буквенно-номерные, но обычному то полицейскому к чему скрываться? Если проблема в безопасности (действительно можно ведь использовать нагрудный знак как оружие) то надо переходить на шевроны. Только я подозреваю, что такому изменению ни хрена не обрадуетесь В Одном южном городе командир батальона ППС четкое указание давал на бронежилет жетон не крепить. Всё зависит от командира. Марк, “всё” это что в твоем понимании? Госдума приняла закон, в котором написано русским языком, что нагрудный знак крепится к форменной одежде. Министр внутренних дел СТРАНЫ подписал приказ, который подтверждает эти же положения. С какой стати местный начальник или командир это нарушает? Что “всё” зависит от командира? Нарушать приказ и закон или не нарушать? Ничего себе. Восславим, к сожалению руководители крутят нпа как хотят пользуясь правовой безграмотностью сотрудников, тем что сотрудники находятся в зависимости от того самого руководителя, да и вообще куча причин которые имеют место быть. Ну тут нужно определиться теперь что считать общественным местом. Это парки, скверы, площади, и при проведении массовых мероприятий. Так? Или я что то неправильно понимаю?Когда штрафуют за курение в общественных местах например всегда ссылаются на именно это. Ну ещё остановки общ. Транспорта, подъезды домов вроде туда входят.

Или я не права?

Давно интересовала тонкость в вопросе нагрудных знаков. ДЧ знаки не носит…но есть водила ДЧ, он же катается с СОГом на ОМП, а значит появляется в общественных местах. Отсюда следует, что водители ДЧ – исключение и обязаны носить знаки, верно?

Сергей, в общем я так понимаю, что если ты сотрудник, который “на виду” у граждан которые к тебе в любой момент могут подойти и обратиться, то медальон должен быть на груди, а то вдруг ты не понравишься им, им же жалобу надо написать на сотрудника с номером таким то таким то

В большом количестве райотделов в провинции в ИВС содержатся также лица, подвергнутые адм. аресту, за которыми до кучи бдит наряд по охране П. и О. Просто тот и этот спецконтингент содержится в разных блоках ИВС (140-м это не запрещено). Следовательно, на заступивший на службу наряд по охране П. и О., распространяются требования дсп-шного 84-2014. Ход мысли верный?

Наталья, вы вышли за порок квартиры всё везде общественное место кроме собственности. Курение в ФЗ 15 писать не буду а то долго про курение там чётко определены места где запрещено.

Работаю в ИВС, начальник дал указание носить жетон объясняя тем, что мы занимаемся ООП , при этом необходимо носить жетон, вот так обыграли ситуацию

Источник: https://vk.com/wall-139453095_36724

«А вы кто?» — «А что, не видно?» Что за анонимы в форме проводят задержания на митингах | ОВД-Инфо

Обязателен ди жетон полицейского

При задержании на митинге простая просьба «представьтесь и покажите ваши документы», обращенная к сотрудникам полиции, отнюдь не всякий раз встречает у них понимание.

Хотя, казалось бы, правила прозрачны: во-первых, «на форменной одежде сотрудника полиции, несущего службу в общественных местах, размещается нагрудный знак, позволяющий идентифицировать сотрудника полиции», во-вторых — «при обращении к гражданину сотрудник полиции обязан назвать свои должность, звание, фамилию, предъявить по требованию гражданина служебное удостоверение, после чего сообщить причину и цель обращения». Закон «О полиции» недвусмысленно обязывает сотрудников не скрывать ни жетонов, ни имен, ни документов.

Полицейский — официальное лицо, его нагрудный знак — первый и самый очевидный способ опознать в том, кто говорит «Пройдемте», человека, с которым возможно взаимодействовать на понятных условиях, ясно описанных в действующем законодательстве.

Это формальная гарантия того, что человек, производящий задержание и, возможно, применяющий при этом силу, имеет основания и право так поступать, не превышает полномочий — и не превысит полномочий в дальнейшем.

Но люди в форме без нагрудных жетонов, имен и документов, осуществляющие (зачастую незаконно) задержания на массовых мероприятиях, не опознаются как полицейские, а следовательно, поведение их непредсказуемо и логично воспринимается как угроза (и органы охраны правопорядка не делают ничего для того, чтобы рассеять это нелестное впечатление).

В последнее время задержанные на массовых мероприятиях то и дело сообщают, что люди, производившие задержание, нагрудные знаки скрывали (или просто не имели никаких нагрудных знаков).

Понять, что эти люди находятся в позиции власти и имеют право предъявлять некие требования к гражданам, можно разве что по их форме, которую не всем легко опознать.

(Еще эти люди, конечно, транслируют позицию власти на словах, и »соблюдать и уважать права и свободы человека и гражданина» им при этом удается отнюдь не всегда.) В конечном итоге о тех, кто производил задержание, достоверно известно только одно: они были в форме, похожей на полицейскую.

  • Ко мне подошли два человека в форме сотрудников полиции без жетонов, не представившись, с требованием предъявить документы, что мною и было сделано. (9 мая 2018 г., Тула)
  • Иду я по 50 лет Октября, с одной руки веду трансляцию в «Перископ», в другой несу Конституцию РФ. Начинается гул, я пробираюсь посмотреть, и тут на меня внезапно набрасывается ниндзя с погонами. Естественно, он не представился и не сказал, что вообще происходит. (12 июня 2017 г., Благовещенск)
  • Через три минуты на меня неожиданно сзади напали неизвестные в бронежилетах, касках и, с применением грубой физической силы, заломали руки за спину и без каких бы то ни было объяснений, не представившись, повели меня из центра Марсового поля. На мои просьбы представиться и объяснить, за что меня задерживают, объяснений не дали. Их нагрудные знаки полицейских были закрыты, ФИО и должности не сообщили, установить личности не удается. (12 июня 2017 г., Санкт-Петербург)
  • 26 марта около 16:30 какие-то люди в костюмах сотрудников полиции скрутили меня у выхода из метро «Чеховская». Противоправных действий я не совершал, законных причин для задержания не было, оно прошло с многочисленными нарушениями ФЗ «О полиции» (не представились, не назвали основание для задержания, не предупредили о применении физической силы, применили физическую силу без законных оснований). (26 марта 2017 г., Москва)
  • Нас окружили полицейские, и один из них сказал проследовать в специальный автобус. Никто мне не представлялся и никто не объяснял причину этого требования. (11 ноября 2016 г., Химки)

Если задержанные просят представиться, сообщить номер жетона, показать документы — проще говоря, соблюсти закон, — эти предположительные сотрудники правоохранительных органов нередко реагируют несерьезно: игнорируют, насмехаются или отвечают не слишком завуалированными угрозами.

  • Несколько раз я спрашивал, почему меня задерживают, в ответ меня били и орали: «Заткнись, @%ь! Язык вырву!» (26 марта 2017 г., Москва)
  • Где-то в это время ко мне подошел чувак в форме полицейского и спрашивает, чем я тут занимаюсь. Я у него спрашиваю: «А вы кто?» Он говорит: «А что, не видно?» (8 июля 2017 г., Москва)
  • Зашла в автобус после долгих препирательств. Желала услышать фамилии людей, меня укравших с этого праздника жизни. В ответ прилетела угроза: «Девушка, вы что хотите, чтобы мы вас скрутили?» (12 июня 2017 г., Санкт-Петербург)

Затем, уже при составлении протоколов в ОВД, если задержанный хочет зафиксировать, что задержание происходило с нарушением закона «О полиции», временами приходится преодолевать сопротивление, а в результате все то же: не предъявляются ни жетоны, ни документы.

  • В участке я попросил сотрудников полиции представиться, показать свои служебные удостоверения в соответствии с законом о полиции, так как я намеревался обжаловать их действия. Этого сделано не было. (Март 2016 г., Иваново)

То же самое периодически происходит и при обысках — в дома и офисы врываются некие люди, не предъявляющие никаких документов, не имеющие нагрудных знаков и не всегда в форме.

  • Я не видела, чтобы предъявляли какие-то документы об обыске, по какому делу, кто и по какому праву врывается в наш дом. Ни единого документа несмотря на то, что я спрашивала много раз у разных людей. (Обыск и задержание Святослава Речкалова, 14 марта 2018 г., Москва)
  • Сотрудница полиции отказывается представляться и предъявлять жетон, ссылаясь на то, что ОНА ЕГО ЗАБЫЛА. (Обыск в штабе Навального, 7 марта 2018, Санкт-Петербург)

Сотрудник одного из московских УВД, которого мы попросили объяснить, что происходит и почему, признал, что подобное поведение сотрудников полиции нарушает закон, но отнесся к этому скорее философски и улучшения ситуации не прогнозировал:

— Почему это происходит, может ответить только тот, кто их (сотрудников полиции — ОВД-Инфо) туда посылает. Аналогичная ситуация была с казаками, которые в последний раз там (на Пушкинской площади — ОВД-Инфо) отличились. То же самое: люди непонятные, без жетонов, непонятно в какой форме, кто такие?

А в полиции существуют какие-то внутренние представления о том, что сотрудникам просто не надо предъявлять документы при задержаниях на массовых мероприятиях?

— Нет. Если [сотрудник] в форме, он обязан представиться и показать документы. Если они не представляются, — это, понятно, нарушение, не обсуждается.

Если заламывают руку [при отсутствии сопротивления] — это непонятная ситуация абсолютно. При спецоперациях, если они в ОМОНовской форме, с дубинками, при всей амуниции — тогда они не представляются.

У них особый случай, особое распоряжение по этому поводу, и они работают очень жестко.

А в ситуациях несогласованного мероприятия объявляется режим спецоперации?

— Ничего подобного. Это мы говорим про какие-то чрезвычайные ситуации. Допустим, есть разработка каких-то бандитов и мы знаем, что они вооружены.

Но тут-то ситуация «мирные граждане собрались на Пушкинской площади». Мирно, без оружия, 31-я статья Конституции. Не очень понятно, с чего бы спецоперация.

— Ну, сотрудники, наверное, уже расслабились и привольно себя вели, считали нужным не представляться, не показывать документов. Может, и была спецоперация, но кто вам что скажет? Если была, [сотрудник] не обязан вам представляться.

То есть с одной стороны, было нарушение, с другой стороны, его, возможно, и не было. …У каждого своя жизненная позиция, я все это прекрасно понимаю, в одной стране живем.

Но если вы придерживаетесь какой-то позиции, сейчас все это будет достаточно сильно и жестко пресекаться.

После массовых акций, когда задержания ставятся на конвейер и добиться от сотрудников полиции соблюдения закона особенно сложно, имена тех, кто задерживал, если и выясняются, то окольными путями и не сразу.

Нередко случается это только в суде, когда привлекаемый к административной ответственности наконец получает возможность ознакомиться с материалами дела и узнает много нового о себе и своем поведении из рапортов людей, якобы его задержавших и подписавшихся некими фамилиями и должностями, которые он видит впервые в жизни.

  • В протоколах написано, что меня задержали два омоновца 1993 и 1994 года рождения. Но меня задержал один высокий усатый за сорок — и свидетель это подтвердит. (12 июня 2017 г., Москва)

И на рапортах никому не знакомых полицейских — написанных под копирку документах, под которыми стоят подписи, вызывающие серьезные вопросы, — судьи строят потом свои решения по административным делам участников публичных мероприятий и пишут в постановлениях, что показания привлекаемых опровергаются в том числе этими рапортами, «ставить под сомнение которые оснований не имеется». А если при задержании протоколы не составлялись и не заводилось дело, полицейские, осуществлявшие задержание, так и остаются безымянными.

Впрочем, юристы, к которым ОВД-Инфо обратился с просьбой прокомментировать такое положение вещей, скорее склоняются к мысли, что хотя полицейские безусловно обязаны представляться, отказ это делать — наименьшая из существующих проблем.

А если даже рапорты в административных делах задержанных подписаны полицейскими, это не означает, что полицейские и производили задержание, — задерживать вполне могла Росгвардия (что, заметим, усложняет задачу мирного гражданина, собравшегося на публичное мероприятие: выходит, ему нужно научиться распознавать и различные покрои формы, отчего, впрочем, данных о том, кто именно его задерживал, у него особо не прибавится).

«В законе „О полиции“ требование носить жетон есть, в законе „О войсках национальной гвардии“ этого нет, — поясняет юрист Московской Хельсинкской Группы Александр Передрук. — Сотрудники Росгвардии вообще не обязаны носить жетоны — закон их не обязывает. У них должна отличаться форма.

Сотрудники Росгвардии одно время носили ОМОНовскую форму, а сейчас у них должна быть нашивка „Росгвардия“ и так далее. У них свое служебное удостоверение. И, кстати говоря, в отличие от полицейских, они и удостоверение не обязаны демонстрировать — не только в случае, когда человек к ним подошел, но и когда они человека задерживают.

Такая дифференциация в законе. Полная анонимность при общении с гражданами.

Сейчас — по крайней мере, в Петербурге — людей на публичных мероприятиях очень часто задерживает не Росгвардия, а именно полицейские.

Но если речь о публичных мероприятиях, нужно понимать, насколько задержание необходимо и насколько есть возможность представиться и объяснить причину задержания.

Я думаю, ни для кого не секрет: если полицейские проводят спецоперацию, они не будут бежать за подозреваемым и кричать ему вслед: „Меня зовут прапорщик Иванов!“ Обычно они ограничиваются тем, что все объясняют в мегафон.

Но вообще массовые задержания последних двух лет в целом объективно неадекватны. Как правило, происходят мирные, никому не мешающие публичные мероприятия, нет никакой необходимости задерживать, и когда мы говорим, что полицейские должны представляться при задержаниях… Ну, наверное, должны.

Но когда у нас есть труп, важно ли, что у него болел палец? Тут то же самое. С одной стороны — серьезные нарушения: сам факт задержания, все дальнейшие процессуальные аспекты; с другой — просто тот факт, что полицейские не представляются. Имеет ли это ключевое значение — большой вопрос.

Тут можно судить в категориях „политически мотивированный“ (или наоборот) либо „обоснованный/необоснованный“. Я склоняюсь к тому, чтобы оценивать, насколько действие обосновано. При необоснованных задержаниях понятно, почему они не представляются. Им, по сути, дан карт-бланш на все действия.

Они могут бить людей дубинками, хотя федеральное законодательство четко и вполне однозначно запрещает применение спецсредств в отношении лиц, которые задержаны на публичном мероприятии (ну, за некоторыми исключениями).

Если, как 5 мая или 12 июня, полицейский (не представившись) может задержать людей и побить их дубинкой сегодня, почему он не может сделать это завтра? Это входит в привычку. Сегодня разрешили — значит, и завтра разрешат.

И это имеет отложенный эффект: чем больше мы им позволяем каждый раз, тем они больше будут это делать. И нет никакого контроля со стороны других правоохранительных органов.

Прокуратура молчит — она ни разу не дала, например, оценку законности применения спецсредств. Суды в лучшем случае занимают выжидательную позицию, но, как правило, просто отказываются признавать незаконными те или иные действия полицейских.

И эффект у такого карт-бланша, к сожалению, только негативный».

Адвокат Московской коллегии адвокатов, правовой эксперт Анастасия Саморукова отмечает, что если у людей, производивших задержание, не было жетонов, с немалой вероятностью это были сотрудники не полиции, а Росгвардии: «Как с этим быть, я пока не знаю.

Вроде бы задерживают сотрудники Росгвардии — там иногда не то что фамилию не увидишь, там и лица порой не видно, потому что они могут быть в этих своих космонавтских шлемах.

Да, подходят, берут сзади, не представляются, тащат куда-то, а потом в материалах дела появляются рапорты, которые суд признает допустимыми доказательствами.

Хотя зачастую бывало так, что в суде, например, если в виде исключения вызывали сотрудников, составивших рапорт, те не могли сказать, кого задерживали, потому что просто не помнили, либо говорили по написанному: мол, я тогда написал — вот так оно и было. „А почему у вас все рапорты совершенно одинаковые, слово в слово?“ — „Ну, потому что ситуация была одинаковая“. И суд считает, что это нормально.

Понимаете, возмущаться, потому что они не представились, уже просто смешно. Возмущаться надо потому, что они вообще не имеют права задерживать мирных людей, которые никому не причинили вреда.

Конечно, это тоже проблема, сотрудники полиции обязаны представиться, но в данной ситуации, при нынешнем комплексе нарушений прав… Право на свободу собираться мирно, без оружия настолько попрано, что если они еще и не представляются, когда нас задерживают… Ну, о’кей, не представляются. Когда мы решим все проблемы, будет, конечно, здорово, но я бы начинала не с этого».

Источник: https://ovdinfo.org/articles/2018/05/26/vy-kto-chto-ne-vidno-chto-za-anonimy-v-forme-provodyat-zaderzhaniya-na-mitingah

«А вы кто?» — «А что, не видно?» Что за анонимы в форме проводят задержания на митингах

Обязателен ди жетон полицейского
Иллюстрация: Анастасия Викулова для ОВД-Инфо

В последнее время — особенно в последний год — участились случаи, когда на массовых мероприятиях граждан задерживает неизвестно кто — люди, которые носят вроде бы полицейскую форму, но не имеют или не показывают жетонов и отвечают отказом на просьбу представиться и предъявить документы. что происходит и как с этим быть, выясняла настик грызунова

При задержании на митинге простая просьба «представьтесь и покажите ваши документы», обращенная к сотрудникам полиции, отнюдь не всякий раз встречает у них понимание.

Хотя, казалось бы, правила прозрачны: во-первых, «на форменной одежде сотрудника полиции, несущего службу в общественных местах, размещается нагрудный знак, позволяющий идентифицировать сотрудника полиции», во-вторых — «при обращении к гражданину сотрудник полиции обязан назвать свои должность, звание, фамилию, предъявить по требованию гражданина служебное удостоверение, после чего сообщить причину и цель обращения». Закон «О полиции» недвусмысленно обязывает сотрудников не скрывать ни жетонов, ни имен, ни документов.

Полицейский — официальное лицо, его нагрудный знак — первый и самый очевидный способ опознать в том, кто говорит «Пройдемте», человека, с которым возможно взаимодействовать на понятных условиях, ясно описанных в действующем законодательстве.

Это формальная гарантия того, что человек, производящий задержание и, возможно, применяющий при этом силу, имеет основания и право так поступать, не превышает полномочий — и не превысит полномочий в дальнейшем.

Но люди в форме без нагрудных жетонов, имен и документов, осуществляющие (зачастую незаконно) задержания на массовых мероприятиях, не опознаются как полицейские, а следовательно, поведение их непредсказуемо и логично воспринимается как угроза (и органы охраны правопорядка не делают ничего для того, чтобы рассеять это нелестное впечатление).

В последнее время задержанные на массовых мероприятиях то и дело сообщают, что люди, производившие задержание, нагрудные знаки скрывали (или просто не имели никаких нагрудных знаков).

Понять, что эти люди находятся в позиции власти и имеют право предъявлять некие требования к гражданам, можно разве что по их форме, которую не всем легко опознать.

(Еще эти люди, конечно, транслируют позицию власти на словах, и «соблюдать и уважать права и свободы человека и гражданина» им при этом удается отнюдь не всегда.) В конечном итоге о тех, кто производил задержание, достоверно известно только одно: они были в форме, похожей на полицейскую.

  • Ко мне подошли два человека в форме сотрудников полиции без жетонов, не представившись, с требованием предъявить документы, что мною и было сделано. (9 мая 2018 г., Тула)
  • Иду я по 50 лет Октября, с одной руки веду трансляцию в «Перископ», в другой несу Конституцию РФ. Начинается гул, я пробираюсь посмотреть, и тут на меня внезапно набрасывается ниндзя с погонами. Естественно, он не представился и не сказал, что вообще происходит. (12 июня 2017 г., Благовещенск)
  • Через три минуты на меня неожиданно сзади напали неизвестные в бронежилетах, касках и, с применением грубой физической силы, заломали руки за спину и без каких бы то ни было объяснений, не представившись, повели меня из центра Марсового поля. На мои просьбы представиться и объяснить, за что меня задерживают, объяснений не дали. Их нагрудные знаки полицейских были закрыты, ФИО и должности не сообщили, установить личности не удается. (12 июня 2017 г., Санкт-Петербург)
  • 26 марта около 16:30 какие-то люди в костюмах сотрудников полиции скрутили меня у выхода из метро «Чеховская». Противоправных действий я не совершал, законных причин для задержания не было, оно прошло с многочисленными нарушениями ФЗ «О полиции» (не представились, не назвали основание для задержания, не предупредили о применении физической силы, применили физическую силу без законных оснований). (26 марта 2017 г., Москва)
  • Нас окружили полицейские, и один из них сказал проследовать в специальный автобус. Никто мне не представлялся и никто не объяснял причину этого требования. (11 ноября 2016 г., Химки)

Если задержанные просят представиться, сообщить номер жетона, показать документы — проще говоря, соблюсти закон, — эти предположительные сотрудники правоохранительных органов нередко реагируют несерьезно: игнорируют, насмехаются или отвечают не слишком завуалированными угрозами.

  • Несколько раз я спрашивал, почему меня задерживают, в ответ меня били и орали: «Заткнись, @%ь! Язык вырву!» (26 марта 2017 г., Москва)
  • Где-то в это время ко мне подошел чувак в форме полицейского и спрашивает, чем я тут занимаюсь. Я у него спрашиваю: «А вы кто?» Он говорит: «А что, не видно?» (8 июля 2017 г., Москва)
  • Зашла в автобус после долгих препирательств. Желала услышать фамилии людей, меня укравших с этого праздника жизни. В ответ прилетела угроза: «Девушка, вы что хотите, чтобы мы вас скрутили?» (12 июня 2017 г., Санкт-Петербург)

Затем, уже при составлении протоколов в ОВД, если задержанный хочет зафиксировать, что задержание происходило с нарушением закона «О полиции», временами приходится преодолевать сопротивление, а в результате все то же: не предъявляются ни жетоны, ни документы.

  • В участке я попросил сотрудников полиции представиться, показать свои служебные удостоверения в соответствии с законом о полиции, так как я намеревался обжаловать их действия. Этого сделано не было. (Март 2016 г., Иваново)

То же самое периодически происходит и при обысках — в дома и офисы врываются некие люди, не предъявляющие никаких документов, не имеющие нагрудных знаков и не всегда в форме.

  • Я не видела, чтобы предъявляли какие-то документы об обыске, по какому делу, кто и по какому праву врывается в наш дом. Ни единого документа несмотря на то, что я спрашивала много раз у разных людей. (Обыск и задержание Святослава Речкалова, 14 марта 2018 г., Москва)
  • Сотрудница полиции отказывается представляться и предъявлять жетон, ссылаясь на то, что ОНА ЕГО ЗАБЫЛА. (Обыск в штабе Навального, 7 марта 2018, Санкт-Петербург)

Сотрудник одного из московских УВД, которого мы попросили объяснить, что происходит и почему, признал, что подобное поведение сотрудников полиции нарушает закон, но отнесся к этому скорее философски и улучшения ситуации не прогнозировал:

— Почему это происходит, может ответить только тот, кто их (сотрудников полиции — ОВД-Инфо) туда посылает. Аналогичная ситуация была с казаками, которые в последний раз там (на Пушкинской площади — ОВД-Инфо) отличились. То же самое: люди непонятные, без жетонов, непонятно в какой форме, кто такие?

А в полиции существуюткакие-товнутренние представления о том, что сотрудникам просто не надо предъявлять документы при задержаниях на массовых мероприятиях?

— Нет. Если [сотрудник] в форме, он обязан представиться и показать документы. Если они не представляются, — это, понятно, нарушение, не обсуждается.

Если заламывают руку [при отсутствии сопротивления] — это непонятная ситуация абсолютно. При спецоперациях, если они в ОМОНовской форме, с дубинками, при всей амуниции — тогда они не представляются.

У них особый случай, особое распоряжение по этому поводу, и они работают очень жестко.

А в ситуациях несогласованного мероприятия объявляется режим спецоперации?

— Ничего подобного. Это мы говорим про какие-то чрезвычайные ситуации. Допустим, есть разработка каких-то бандитов и мы знаем, что они вооружены.

Но тут-тоситуация «мирные граждане собрались на Пушкинской площади». Мирно, без оружия,31-ястатья Конституции. Не очень понятно, с чего бы спецоперация.

— Ну, сотрудники, наверное, уже расслабились и привольно себя вели, считали нужным не представляться, не показывать документов. Может, и была спецоперация, но кто вам что скажет? Если была, [сотрудник] не обязан вам представляться.

То есть с одной стороны, было нарушение, с другой стороны, его, возможно, и не было. …У каждого своя жизненная позиция, я все это прекрасно понимаю, в одной стране живем.

Но если вы придерживаетесь какой-то позиции, сейчас все это будет достаточно сильно и жестко пресекаться.

После массовых акций, когда задержания ставятся на конвейер и добиться от сотрудников полиции соблюдения закона особенно сложно, имена тех, кто задерживал, если и выясняются, то окольными путями и не сразу.

Нередко случается это только в суде, когда привлекаемый к административной ответственности наконец получает возможность ознакомиться с материалами дела и узнает много нового о себе и своем поведении из рапортов людей, якобы его задержавших и подписавшихся некими фамилиями и должностями, которые он видит впервые в жизни.

  • В протоколах написано, что меня задержали два омоновца 1993 и 1994 года рождения. Но меня задержал один высокий усатый за сорок — и свидетель это подтвердит. (12 июня 2017 г., Москва)

И на рапортах никому не знакомых полицейских — написанных под копирку документах, под которыми стоят подписи, вызывающие серьезные вопросы, — судьи строят потом свои решения по административным делам участников публичных мероприятий и пишут в постановлениях, что показания привлекаемых опровергаются в том числе этими рапортами, «ставить под сомнение которые оснований не имеется». А если при задержании протоколы не составлялись и не заводилось дело, полицейские, осуществлявшие задержание, так и остаются безымянными.

Впрочем, юристы, к которым ОВД-Инфо обратился с просьбой прокомментировать такое положение вещей, скорее склоняются к мысли, что хотя полицейские безусловно обязаны представляться, отказ это делать — наименьшая из существующих проблем.

А если даже рапорты в административных делах задержанных подписаны полицейскими, это не означает, что полицейские и производили задержание, — задерживать вполне могла Росгвардия (что, заметим, усложняет задачу мирного гражданина, собравшегося на публичное мероприятие: выходит, ему нужно научиться распознавать и различные покрои формы, отчего, впрочем, данных о том, кто именно его задерживал, у него особо не прибавится).

«В законе „О полиции“ требование носить жетон есть, в законе „О войсках национальной гвардии“ этого нет, — поясняет юрист Московской Хельсинкской Группы Александр Передрук. — Сотрудники Росгвардии вообще не обязаны носить жетоны — закон их не обязывает. У них должна отличаться форма.

Сотрудники Росгвардии одно время носили ОМОНовскую форму, а сейчас у них должна быть нашивка „Росгвардия“ и так далее. У них свое служебное удостоверение. И, кстати говоря, в отличие от полицейских, они и удостоверение не обязаны демонстрировать — не только в случае, когда человек к ним подошел, но и когда они человека задерживают.

Такая дифференциация в законе. Полная анонимность при общении с гражданами.

Сейчас — по крайней мере, в Петербурге — людей на публичных мероприятиях очень часто задерживает не Росгвардия, а именно полицейские.

Но если речь о публичных мероприятиях, нужно понимать, насколько задержание необходимо и насколько есть возможность представиться и объяснить причину задержания.

Я думаю, ни для кого не секрет: если полицейские проводят спецоперацию, они не будут бежать за подозреваемым и кричать ему вслед: „Меня зовут прапорщик Иванов!“ Обычно они ограничиваются тем, что все объясняют в мегафон.

Но вообще массовые задержания последних двух лет в целом объективно неадекватны. Как правило, происходят мирные, никому не мешающие публичные мероприятия, нет никакой необходимости задерживать, и когда мы говорим, что полицейские должны представляться при задержаниях… Ну, наверное, должны.

Но когда у нас есть труп, важно ли, что у него болел палец? Тут то же самое. С одной стороны — серьезные нарушения: сам факт задержания, все дальнейшие процессуальные аспекты; с другой — просто тот факт, что полицейские не представляются. Имеет ли это ключевое значение — большой вопрос.

Тут можно судить в категориях „политически мотивированный“ (или наоборот) либо „обоснованный/необоснованный“. Я склоняюсь к тому, чтобы оценивать, насколько действие обосновано. При необоснованных задержаниях понятно, почему они не представляются. Им, по сути, дан карт-бланш на все действия.

Они могут бить людей дубинками, хотя федеральное законодательство четко и вполне однозначно запрещает применение спецсредств в отношении лиц, которые задержаны на публичном мероприятии (ну, за некоторыми исключениями).

Если, как 5 мая или 12 июня, полицейский (не представившись) может задержать людей и побить их дубинкой сегодня, почему он не может сделать это завтра? Это входит в привычку. Сегодня разрешили — значит, и завтра разрешат.

И это имеет отложенный эффект: чем больше мы им позволяем каждый раз, тем они больше будут это делать. И нет никакого контроля со стороны других правоохранительных органов.

Прокуратура молчит — она ни разу не дала, например, оценку законности применения спецсредств. Суды в лучшем случае занимают выжидательную позицию, но, как правило, просто отказываются признавать незаконными те или иные действия полицейских.

И эффект у такого карт-бланша, к сожалению, только негативный».

Адвокат Московской коллегии адвокатов, правовой эксперт Анастасия Саморукова отмечает, что если у людей, производивших задержание, не было жетонов, с немалой вероятностью это были сотрудники не полиции, а Росгвардии: «Как с этим быть, я пока не знаю.

Вроде бы задерживают сотрудники Росгвардии — там иногда не то что фамилию не увидишь, там и лица порой не видно, потому что они могут быть в этих своих космонавтских шлемах.

Да, подходят, берут сзади, не представляются, тащат куда-то, а потом в материалах дела появляются рапорты, которые суд признает допустимыми доказательствами.

Хотя зачастую бывало так, что в суде, например, если в виде исключения вызывали сотрудников, составивших рапорт, те не могли сказать, кого задерживали, потому что просто не помнили, либо говорили по написанному: мол, я тогда написал — вот так оно и было. „А почему у вас все рапорты совершенно одинаковые, слово в слово?“ — „Ну, потому что ситуация была одинаковая“. И суд считает, что это нормально.

Понимаете, возмущаться, потому что они не представились, уже просто смешно. Возмущаться надо потому, что они вообще не имеют права задерживать мирных людей, которые никому не причинили вреда.

Конечно, это тоже проблема, сотрудники полиции обязаны представиться, но в данной ситуации, при нынешнем комплексе нарушений прав… Право на свободу собираться мирно, без оружия настолько попрано, что если они еще и не представляются, когда нас задерживают… Ну, о’кей, не представляются. Когда мы решим все проблемы, будет, конечно, здорово, но я бы начинала не с этого».

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5ad71bb3a936f47eae685f93/5b093b3c1aa80cb7853691c2

Как отличить настоящего инспектора ГИБДД от ненастоящего?

Обязателен ди жетон полицейского

28 декабря 2019 года

Обзавестись поддельным инвентарем сотрудника ГИБДД сегодня особого труда не составляет — форму и жезл можно заказать в интернете. Цены умеренные.

Не будем оценивать такие предложения с точки зрения закона и морали. Рядовому водителю главное понять, как обезопасить себя.

Помедленнее, пожалуйста

Многие водители — по объективным причинам или без, — опасаются встречи с инспектором. А если уж это случилось, стремятся побыстрее ее закончить. На это и делают ставку мошенники: пробурчав что-то невнятное себе под нос насчет имени и звания, они молниеносно достают удостоверение и с той же прытью его убирают. Спорим, вы даже не вспомните, в какой карман был спрятан документ?

Световозвращающий жилет перекрывает погоны, но не нарукавный шеврон. При этом свой жетон инспектор обязан разместить поверх жилета.Световозвращающий жилет перекрывает погоны, но не нарукавный шеврон. При этом свой жетон инспектор обязан разместить поверх жилета.

Поставим этот момент на паузу. Теперь проверяем форму инспектора на наличие обязательных атрибутов:

  • шеврон — нарукавный знак сотрудников подразделений ГИБДД
  • погоны — наплечные знаки различия сотрудников Госавтоинспекции
  • жетон — нагрудный знак, личный номер которого должен совпадать с номером в удостоверении полицейского. Подделать жетон сложнее всего.
  • фуражка или шапка — вопреки распространенному мнению, отсутствие головного убора вовсе не означает, что сотрудник ГИБДД находится не при исполнении.
  • бушлат (если на дворе зима) — теплая куртка

Сергей Радько, адвокат движения автомобилистов «Свобода Выбора»:

Помимо вышеперечисленного многие инспекторы имеют при себе персональный видеорегистратор. Такое устройство легко распознать — на нем светится или мигает светодиод.

Вряд ли преступник рискнет выйти с ним на дело, поэтому, если вы видите камеру — скорее всего, перед вами настоящий сотрудник полиции.

Рация и служебный пистолет являются важными предметами экипировки, но они тоже встречаются не всегда.

Предъявите документы

Визуальный осмотр закончен. Переходим к главному — проверке документов инспектора. Ведь именно удостоверение, а не форменное обмундирование, наделяет сотрудника ДПС властными полномочиями. Итак, в настоящем документе вы увидите:

Вот так должно выглядеть удостоверение личности инспектора ГИБДД.Вот так должно выглядеть удостоверение личности инспектора ГИБДД.

На странице 1 (слева) удостоверения сотрудника МВД России должно быть:

  • фотография инспектора ГИБДД — печатается вместе с бланком, не допускается наклеенная фотография.

    Снимок обязательно цветной

  • круглая печать МВД — идет как бы внахлест с фотографией сотрудника ГИБДД
  • герб России с красной надписью «МВД России» — располагается справа от фото
  • личный номер сотрудника — он должен совпадать с нагрудным жетоном
  • срок действия удостоверения — просрочка недопустима.

Имейте в виду, что сотрудник ГИБДД с просроченным удостоверением не обладает соответствующими полномочиями. Вполне возможно, он уже уволен из органов, но не сдал удостоверение.

На странице 2 (справа) удостоверения сотрудника МВД России должно быть:

  • ФИО — напечатанные, но ни в коем случае не написанные вручную
  • должность — ищем упоминание о причастности полицейского к структурам ГИБДД России.

«В удостоверении может быть указан инспектор любого другого подразделения МВД.

Они, конечно же, такие же сотрудники полиции, но тот факт, что они стоят на дороге, скорее всего, определяется их личной инициативой», — говорит Сергей Радько.

По его словам, бывают случаи, когда на улицы выводят весь личный состав и сотрудники полиции в этом случае имеют полномочия останавливать автомобили. Но это скорее исключение, чем правило.

  • Отметка о наличии права носить табельное оружие — мелким шрифтом под графой «должность».
  • Красная гербовая печать МВД России — в левом нижнем углу. Печать круглой формы, в центре изображен герб России. Допустимый диаметр печати — 25 мм. Во внешнем контуре надпись: «Министерство внутренних дел Российской Федерации».
  • Подпись начальника территориального органа МВД или его заместителя — должна быть защищена специальной пленкой (с полупрозрачной голограммой).
  • Штрих-код — он находится в правом верхнем углу с внутренней стороны удостоверения.

Важно также обратить внимание на то, в каком регионе инспектору было выдано удостоверение.

Иногда инспекторы грешат тем, что патрулируют сопредельные регионы — например, окраины Москвы вместо Московской области и наоборот.

Одно дело, когда сотрудники ДПС остановили автомобиль нарушителя, и совсем другое, когда они выборочно тормозят несколько автомобилей подряд вне установленного маршрута патрулирования.

Рация и служебный пистолет являются важными предметами экипировки инспектора ГИБДД, но они встречаются не всегда.Рация и служебный пистолет являются важными предметами экипировки инспектора ГИБДД, но они встречаются не всегда.

Он не тот, кем кажется

Безусловно, мошенники, одетые в форму инспекторов ГИБДД, не караулят автомобилистов на каждом шагу. И все же бдительность не помешает. Вы заподозрили, что перед вами фальшивый инспектор? Тогда звоните по номеру 112. Сообщите диспетчеру номер патрульного автомобиля, место его дислокации и приметы инспектора ГИБДД.

После вызова наряда полиции у псевдоинспектора пропадут к вам претензии. А вот уезжать просто так, молчком, не советуем. Если вы ошиблись и сотрудник ГИБДД оказался настоящим, это будет расценено как невыполнение его законных требований (ст. 19.3 КоАП РФ).

Вам же ни к чему штраф до 1 тысячи рублей или арест до 15 суток?

  • Может ли гаишник сесть в вашу машину? — Да, в трех случаях!

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Источник: https://www.zr.ru/content/articles/921003-kak-otlichit-nastoyashchego-inspek/

Selsovet-jurist
Добавить комментарий